После возвращения к власти в 2010 году премьер-министр Венгрии Виктор Орбан и его правительство последовательно развивают отношения с шестью государствами Западных Балкан – Албанией, Боснией и Герцеговиной, Северной Македонией, Сербией, Хорватией, Черногорией. И последние пятнадцать лет активных «тактических маневров» официального Будапешта на «балканском треке» призваны способствовать достижению его главной стратегической цели – поиску союзников вне Европейского союза, которые в ближайшей перспективе могут войти в ЕС и, тем самым, значительно усилить позиции Венгрии в европейских структурах.

Фото: miniszterelnok.hu

В Венгрии существует политический консенсус относительно дальнейшего расширения Европейского союза за счет государств Западных Балкан. Во многом это связано с желанием стабилизировать исторически неспокойный регион, находящийся в непосредственной близости от венгерских границ и обеспечить безопасность приблизительно 180-280 тыс. этнических венгров, проживающих в сербской Воеводине.

Последняя редакция Стратегии национальной безопасности Венгрии от 2020 года довольно подробно раскрывает роль Западных Балкан во внешнеполитической доктрине Будапешта. В документе, в частности, отмечается, что «ситуация с безопасностью на Балканском полуострове и в Восточной Европе... оказывает решающее влияние на обстановку». Опасения в «новой нестабильности» на Балканах не в последнюю очередь связаны с «исторической памятью» венгерского политического истеблишмента о 1990-х годах, когда вооруженные конфликты вспыхивали в непосредственной близости от Венгрии и в конце концов завершились натовскими бомбардировками Югославии в 1999 году.

Основными долгосрочными целями политики правительства Виктора Орбана в отношении государств Западных Балкан остаются их европейская интеграция и членство стран региона в НАТО. Исключением с известной долей осторожности можно назвать Сербию, которая не проявляет откровенных «пронатовских устремлений», однако поддерживает тесные связи с Альянсом и регулярно проводит с ним совместные военные учения. Как бы то ни было, Венгрия поддерживает переговоры Брюсселя с Белградом и Подгорицей и выступает за скорейшее начало «предвступительного диалога» со Скопье и Тираной.

Венгрия использовала «миграционный кризис» 2015 года в качестве «бетонного аргумента» для ускорения процесса расширения ЕС. В первую очередь это было связано с ключевой ролью балканских государств в контроле над одним из основных маршрутов беженцев в Европу. И представляется вполне очевидным, что новый поток мигрантов из-за очередного витка нестабильности на Ближнем Востоке – прежде всего по израильско-палестинскому сюжету – будет вновь использован Орбаном для продвижения «интеграционной повестки».

Венгерское правительство также считает, что расширение является «самым важным инструментом укрепления ЕС», особенно после таких событий как Brexit (стоит отметить, что в 2016 году Орбан выступал против выхода Британии из Европейского союза). Именно поэтому Венгрия в настоящее время призывает другие государства-члены ЕС и европейские институты ускорить «процесс консолидации». В то же время венгерский премьер неоднократно критиковал Европейскую комиссию за утверждение, что расширение возможно не ранее 2025 года (украинский кризис еще больше затормозил данный интеграционный процесс).

Фото: miniszterelnok.hu

Венгрия традиционно призывала и Вишеградскую группу (V4) более активно поддерживать европейскую интеграцию Балкан. Этот регион до 2022 года являлся основным направлением приложения внешних усилий V4 на фоне прогрессирующего ослабления динамики сотрудничества в рамках программы «Восточное партнерство». 28 июня 2021 г. во время польского председательства в Вишеградской группе в Рогалине была организована последняя на сегодняшний день (а ранее – ежегодная) встреча министров иностранных дел V4 и Западных Балкан с участием спецпредставителя ЕС по диалогу Белграда и Приштины, а также главы МИД Хорватии. Несмотря на формальную заморозку этих процессов в связи с пандемией COVID и конфликтом на Украине необходимо отметить, что Венгрия не выходила из указанных форматов взаимодействия и не отказывалась от поддержки польского проекта «Троеморье» (или «Инициатива трех морей» – The Three Seas Initiative) с возможностью его расширения за счет балканских государств.

Не менее важной «региональной целью» венгерского правительства является укрепление связей с идеологическими единомышленниками. Благодаря этому Будапешт мог бы претендовать не только на формальную роль представителя интересов Западных Балкан в ЕС, но и реальное лидерство в будущей коалиции из национальных региональных партий консервативного толка в противостоянии с Брюсселем, постепенно усиливая свои позиции в Европейском парламенте по мере вступления в «балканских соседей» Евросоюз.

Действия Венгрии на Балканах указывают на то, что при выборе партнеров в регионе правительство Орбана в первую очередь руководствуется идеологической совместимостью с политическими партиями, а сотрудничество реализуется, даже если те не находятся у власти. По мнению «евробюрократов», это негативно сказывается на евроатлантической интеграции стран Западных Балкан. При этом уже в самом ЕС существует понимание того, что нынешняя политика Венгрии направлена на создание альянса, который выступает за сильные национальные государства в Европе.

Федеральный парламент Бельгии. Фото: Shutterstock-NGCHIYUI

Впрочем, Брюссель не остается в долгу и выступает с критикой в адрес Будапешта, так как ряд балканских стран (в первую очередь Сербия), являющихся приоритетными партнерами венгерского правительства среди стран-кандидатов в члены ЕС, не уделяют должного внимания борьбе с коррупцией или обеспечению верховенства закона, проявляя склонность игнорировать соответствующие рекомендации европейских институтов.

Так, например, Орбан поддерживает крупнейшую оппозиционную партию Северной Македонии VMRO-DPMNE (Внутренняя македонская революционная организация – Демократическая партия за македонское национальное единство). Когда эта партия была у власти в 2006-2017 гг., она, несмотря на название, часто действовала недемократично, что было замечено, в том числе Советом Европы.

Сербия является наиболее значимым партнером для Будапешта в регионе. Это единственная страна Западных Балкан, граничащая с Венгрией, что имеет непосредственное влияние на подходы к обеспечению национальной безопасности как с точки зрения потенциального распространения нестабильности, так и развития экономических связей. По причине особого внимания к балканскому миграционному маршруту Белград рассматривается как партнер Будапешта и «поставщик безопасности» не только для Венгрии, но и для всего Европейского союза. Кроме того, Сербия является единственной страной в регионе с проживающим на ее территории значительным по численности венгерским меньшинством.

В течение последнего десятилетия одним из внешнеполитических приоритетов правительства Орбана было партнерство с сербским лидером Александром Вучичем и его Сербской прогрессивной партией (SNS). Благодаря именно этому фактору межгосударственное сотрудничество вышло на уровень стратегического партнерства.

В качестве «рабочего инструмента» для достижения своих внешнеполитических целей в регионе Будапешт использует экономическое сотрудничество с Западными Балканами. И хотя не существует стратегического документа, в котором признавалась бы важность Западных Балкан для Будапешта с экономической точки зрения, растущее число венгерских инвестиций в регион говорит само за себя. По сравнению с 2015 годом, когда прямые иностранные инвестиции Венгрии на Западных Балканах составили 690 миллионов евро, в 2020 году эта сумма резко возросла до 1,5 миллиардов евро.

Для Сербии, БиГ и Черногории Венгерское агентство содействия экспорту запустило в 2020 году «Инвестиционную программу на Западных Балканах» с капиталом в 7 млн евро. Республике Сербской было выделено 140 млн евро на проекты в области инфраструктуры, сельского хозяйства и энергетики в апреле 2024 г. Северная Македония получила кредит в размере 500 млн евро от венгерского Эксимбанка (Eximbank) на развитие транспортной инфраструктуры в июле 2025 года.

Венгрия играет особенно важную роль в сербской экономике. К концу 2022 г. Будапешт входил в пятерку крупнейших внешнеторговых партнеров Белграда, а к декабрю 2024 г. товарооборот достиг 4 миллиардов евро.

Кроме того, экономическое присутствие Венгрии в Сербии расширилось за счёт Программы экономического развития Воеводины, которая была запущена в 2016 году и координируется фондом Prosperitati. Программа предусматривает предоставление грантов и льготных кредитов местным предпринимателям, фермерам и малым и средним предприятиям с целью стимулирования трансграничного сотрудничества и укрепления экономического присутствия венгерского меньшинства в Северной Сербии.

По официальным данным, с момента запуска программы поддержку получили тысячи местных жителей, объем прямых инвестиций составил несколько сотен миллионов евро. Эта форма экономической дипломатии подчеркивает стратегию Будапешта по укреплению своей роли на Западных Балканах путем увязывания экономического развития с культурными и политическими связями. Для Сербии такое сотрудничество обеспечивает доступ к финансированию, технологиям и рынкам в рамках ЕС, укрепляя прагматичный и взаимовыгодный характер венгерско-сербских отношений.

Венгрия активно инвестирует не только в Воеводину, но также стремится распространить свои инвестиции и на другие части Сербии. После открытия Информационного центра венгерской Торговой палаты (the Information Centre of the Hungarian Chamber of Commerce) и Почетного консульства в Крагуеваце (город на западе Сербии) в 2018 г., в последующие годы были открыты почетные консульства в трех других городах Сербии с целью активизации экономического сотрудничества между странами в области торговли и инвестиций.

В последние месяцы между Венгрией и государствами региона значительно активизировались дипломатические контакты. С 1 июня по 1 июля 2025 года высокопоставленные официальные лица Венгрии, включая В.Орбана, министра иностранных дел и внешнеэкономических связей П.Сийярто и министра национальной экономики М.Надя, провели многочисленные встречи с лидерами подавляющего большинства стран региона.

В то время как отношения с Сербией, Республикой Сербской в Боснии и Герцеговине и Северной Македонией традиционно были тесными, Венгрия в настоящее время активно работает над углублением связей и с другими государствами региона.

Особое внимание правительство Орбана стало уделять Черногории, с которой Венгрией в июле 2025 г. было подписано соглашение о сотрудничестве в области развития инфраструктуры, телекоммуникаций, информационных технологий и правоохранительных органов. Таким образом, Черногория стала еще одним приоритетом официального Будапешта.

ЭНЕРГЕТИКА И ЛОГИСТИКА. ИНТЕРЕСЫ РОССИИ И КИТАЯ

В своем экономическом сотрудничестве с Западными Балканами Венгрия уделяет особое внимание энергетике, как одному из ключевых секторов внешней политики в регионе. После февраля 2022 г. Венгрия рассматривает Балканы как стратегический коридор для импорта энергоносителей. И Сербия играет важнейшую роль в сфере диверсификации венгерским правительством энергопоставок.

В настоящее время Венгрия получает газ в основном через Сербию. Это серьезный сдвиг, учитывая, что в период с 2019 по 2021 гг. 70% импортируемого Венгрией газа поступало из украинской трубопроводной сети. С этим сдвигом возросло значение Сербии для энергетической безопасности Венгрии. Венгерско-сербское партнерство в области природного газа является взаимовыгодным: с одной стороны, правительство Венгрии признает Сербию надежной страной-транзитером газа, в то время как, с другой стороны, сербские поставки зависят от венгерских мощностей по хранению газа.

Фото: YOSHIO TSUNODA / AFLO / GLOBAL LOOK PRESS

Венгрия приступила к строительству интерконнекторов еще в 2009 г., после последствий газового кризиса между Россией и Украиной. После этого инцидента Будапешт диверсифицировал свои маршруты транзита газа и стал в большей степени полагаться на газопровод «Турецкий поток». Новый маршрут поставок российского газа из Сербии в Венгрию был открыт в 2021 году. Эта часть газопровода «Турецкий поток», также известная как «Балканский поток», стала иметь решающее значение для венгерской экономики и энергетической безопасности после начала украинского конфликта.

Венгрия располагает пятью газохранилищами общей емкостью 5,01 миллиарда кубометров, в то время как Сербия располагает емкостью 450 миллионов кубометров из одного газохранилища – Банатского двора (Banatski Dvor). В июне 2022 г. сербские и венгерские официальные лица заключили сделку, которая позволяет Сербии хранить 500 миллионов кубометров газа в Венгрии, в преддверии наступающей зимы.

20 июня 2023 г. В. Орбан и А. Вучич подписали меморандум о расширении нефтепровода «Дружба» до сербского города Нови-Сад. Из-за санкций Сербия не может импортировать сырую российскую нефть через Хорватию (нефтепровод JANAF). Благодаря соглашению с Венгрией Сербия сможет транзитом получать российскую нефть из нефтепровода «Дружба» (при этом поставки нефти из России по «Дружбе» до настоящего момента не подпадают под санкции ЕС). Данный меморандум подтверждал, что Венгрия и Сербия и в будущем готовы к прагматичным отношениям с Россией в энергетическом секторе, несмотря на санкции со стороны ЕС.

В июле 2025 г. Венгрия и Сербия обсудили с российской стороной возможность строительства нового нефтепровода, который с 2027 г. обеспечил бы поставки нефти из РФ между двумя странами (по сути речь идет о продлении нефтепровода «Дружба» на 180 километров).

Александр Вучич и Виктор Орбан. Фото: dunavmost.com

Другим совместным венгерско-сербским проектом является строительство нового нефтепровода, которое планируется начать в 2026 году. Теоретически этот маршрут мог бы послужить альтернативой для Венгрии, которая в настоящее время почти полностью зависит от российской нефти. Проект предполагает строительство бывшего югославского трубопровода JANAF, по которому нефть из хорватских портов на Адриатическом море могла бы транспортироваться не только в Сербию, но и за ее пределы.

Хотя Сербия была освобождена от исполнения санкций ЕС против российских компаний, Газпромнефти пришлось снизить свою долю в сербской нефтегазовой компании NIS, а дальнейшем и вовсе продать её. Интересно, что ведущая энергетическая компания Венгрии MOL также выражала свою заинтересованность в приобретении NIS и участвовала в переговорах по данному вопросу.

MOL по-прежнему заинтересована в региональной экспансии, поэтому компания рассматривает и другие приобретения в регионе (ранее MOL инвестировала не только на польском или словацком рынке, но также стала крупнейшим акционером хорватской нефтяной компании INA, а в Словении INA и MOL приобрели 92% акций второго по величине в Словении розничного продавца топлива OMV Slovenija).

Еще одной потенциальной областью венгерско-сербского сотрудничества с участием России является ядерная энергетика.

В октябре 2022 г. Вучич выразил заинтересованность в покупке 5-10% акций атомной электростанции Пакш-2, чтобы обеспечить достаточное количество электроэнергии и укрепить энергетическую безопасность Сербии (одной из главных целей Вучича является поддержание низких цен на энергоносители; это приносит политику «дополнительные очки» среди избирателей, а также снижает вероятность того, что иностранные промышленные производители покинут Сербию из-за высоких цен на электроэнергию).

В последние годы в Венгрии и Сербии сильно возросла роль Китая. Пекин активно стремится расширить свое присутствие в Балканском регионе. Китайские фирмы все чаще инвестируют в новые проекты в обеих странах, в первую очередь в производственные центры в Венгрии и Сербии. Китай хочет создать производственную базу в регионе Центрально-Европейском регионе Европейского союза, воспользоваться благоприятными инвестиционными условиями и позиционировать себя в качестве ключевого партнера в региональной инфраструктуре и логистических цепочках.

В Венгрии создан крупный Китайско-европейский парк делового и логистического сотрудничества (China-Europe Business & Logistics Cooperation Park), объединяющий предприятия, электронную коммерцию и логистику любого рода. В Сербии Китай стал активным партнером в реализации крупных инфраструктурных проектов, наиболее заметным из которых является высокоскоростное железнодорожное сообщение между Белградом и Будапештом, построенное консорциумом китайских фирм, включая China Railway International и China Communications Construction Company. Сербский участок маршрута был открыт в октябре 2025 года.

85% расходов на реконструкцию финансируются за счет китайских кредитов, а Будапешт и Белград покрывают оставшиеся 15% из своего собственного бюджета. Эта железная дорога, которая будет соединять логистический маршрут из Сербии в Венгрию (а если смотреть еще шире, то из Пирейского порта Греции в Центральную Европу), прямо описана китайской стороной как один из главных проектов инициативы «Один пояс – один путь» (Belt and Road Initiative, BRI) в Европе.

ВОПРОСЫ БЕЗОПАСНОСТИ В РЕГИОНЕ

Венгрия активно участвует в решении вопросов безопасности на Западных Балканах. Венгерские военнослужащие задействованы миротворческих миссиях в регионе Сил Европейского союза (European Union Force, EUFOR) и в «Силах для Косово» (Kosovo Force, KFOR). Важно отметить, что Венгрия стала одним из основных центральноевропейских участников KFOR НАТО, даже занимая командную должность в лице генерал-майора Ференца Каяри (Ferenc Kajári) в 2021-22 годах. Около 700 венгерских военнослужащих служили в Косово, что отражает стремление Будапешта к тому, чтобы его считали поставщиком услуг в области региональной безопасности. В марте 2025 г. началась ротация венгерских военнослужащих, дислоцированных в Косово, и 280 новых солдат постепенно заменяют своих коллег.

Фото: miniszterelnok.hu

В Боснии и Герцеговине Венгрия продолжает активно участвовать в деятельности EUFOR Althea, регулярно участвуя в учениях быстрого реагирования, которые проверяют готовность миссии, где венгерские резервисты сотрудничают с подразделениями EUFOR. Благодаря этой деятельности Венгрия сохраняет стабильное присутствие в регионе.

Босния и Герцеговина, а также Косово признаны ключевыми потенциальными угрозами для Венгрии на уровне Стратегии национальной безопасности, что узаконивает присутствие крупных венгерских миротворческих миссий на местах. Тесные связи с режимом в Республике Сербской придают дополнительное измерение политическим отношениям с Боснией и Герцеговиной.

Орбан стремится продемонстрировать политическую близость с президентом Республики Сербской Милорадом Додиком. Премьер-министр Орбан неоднократно принимал М.Додика в Будапеште, даже на фоне обсуждения санкций ЕС в отношении лидера боснийских сербов.

В августе 2025 г. ЦИК Боснии и Герцеговины лишил мандата президента Республики Сербской, однако тот отказался уходить в отставку. В западных СМИ появилась информация о том, что Венгерский контртеррористический центр (Terrorelhárítási Központ, TEK) якобы подготовил секретную операцию по эвакуации Милорада Додика на случай, если боснийские власти попытаются его арестовать. Операция так и не была проведена, но это сообщение вызвало реакцию Боснии и Герцеговины, которая потребовала вывода венгерского контингента из состава миссии EUFOR из-за близости венгерских официальных лиц к М.Додику.

Основным партнером Венгрии в области региональной безопасности на Балканах является Сербия. В 2023 году Белград и Будапешт подписали соглашение о стратегическом сотрудничестве в области обороны. В июне 2025 года документ был расширен – стороны завершили разработку двустороннего плана военного сотрудничества на 2025 год, в котором были намечены почти восемьдесят совместных мероприятий – от военных учений и миротворческих операций до сотрудничества в оборонной промышленности.

Данное соглашение следует рассматривать в контексте новых военных формирований и милитаризации на Западных Балканах. Ранее в марте 2025 г. Хорватия, Албания и Косово подписали трехстороннюю декларацию по обороне, которая свидетельствует об усилении динамики безопасности в регионе.

Три балканские страны обязались совместно работать над укреплением интеграции своих оборонных стратегий и систем. Для обеспечения безопасности и мира в условиях растущей нестабильности в Юго-Восточной Европе и во всем мире в трехстороннем соглашении определены 4 общих приоритета. Эти цели включают развитие военного потенциала при совместном инвестировании в промышленность, достижение оперативной совместимости вооруженных сил, снижение риска гибридных угроз за счет обмена разведывательными данными и содействие интеграции Косово в оборонную экосистему НАТО. Также было озвучено, что Североатлантический альянс открыт для расширения за пределы Западных Балкан, и в этом контексте упоминалась Болгария в качестве потенциального члена военного блока.

Сербия расценила этот пакт как провокацию и в ответ укрепила свое сотрудничество с Венгрией. Президент Сербии А. Вучич охарактеризовал это соглашение как шаг к созданию военного союза между двумя странами, отражающий как углубление политических связей в области безопасности, так и более широкие амбиции Будапешта на Балканах и в Юго-Восточной Европе.

В то же время Северная Македония приобретает все большее значение как транзитная страна на балканском миграционном маршруте, что имеет прямое отношение к проблемам безопасности Венгрии, власти которой не забыли миграционный кризис 2015 года.

При этом в политике Венгрии на Балканах тесно переплетаются вопросы безопасности и телекоммуникаций. В настоящее время венгерская компания 4iG Group (Группа 4iG) владеет ведущими операторами связи не только в Венгрии, но и на Западных Балканах: это ONE Crna Gora в Черногории, ONE Albania в Албании и One Macedonia Telecommunications в Северной Македонии.

Западные СМИ считают, что руководители 4iG Group – часть ближайшего окружения В. Орбана, а быстрому росту компании способствовала личная поддержка премьер-министра и Министерства обороны Венгрии.

Следует отметить, что в рамках 4iG Group существует 4iG Space and Defense Technologies (4iG SDT) – отдельная холдинговая компания, которая консолидирует космические и оборонные интересы Группы. Компания 4iG SDT уже наладила стратегическое сотрудничество с ведущими мировыми игроками отрасли, включая Rheinmetall, а также EDGE Group из ОАЭ, американскими L3 Harris Technologies и Boeing. В ближайшем будущем позиции компании на рынке должны еще больше укрепиться – 4iG SDT и венгерская государственная компания N7 договорились о создании первого в Венгрии государственно-частного оборонно-промышленного холдинга. В результате соглашения 75% акций государственного оборонного холдинга будут переданы 4iG.

Учитывая, что телекоммуникационный сектор является стратегическим не только с экономической точки зрения, но и с точки зрения цифровой безопасности, а также тот факт, что 4iG Group участвует в военных разработках, рост венгерского влияния на этом направлении обладает значительным потенциалом.

ВЫВОДЫ.

Политика официального Будапешта на Западных Балканах сочетает

в себе экономические, политические интересы и вопросы энергетики и безопасности. Венгрия расширяет свое влияние за счет льготных кредитов, расширения политического и энергетического сотрудничества, а также углубления взаимодействия в области безопасности и технологий со странами региона.

Фото: miniszterelnok.hu

При этом очевиден явный дисбаланс: некоторые страны (Сербия, Северная Македония и Черногория) или части стран (Республика Сербская) являются полноценными стратегическими партнерами Венгрии, в то время как другие (Албания, Федерация Боснии и Герцеговины) получают меньше внимания и поддержки.

Важнейшим региональным партнером для Венгрии является Сербия. Цель Будапешта – расширение своего влияния на Западных Балканах и формирование процесса расширения ЕС в соответствии с геополитическими и идеологическими предпочтениями правительства В.Орбана. Венгрия планирует играть роль полноценного представителя интересов Западных Балкан в Евросоюзе, параллельно создавая из присоединяющихся государств коалицию, выступающую против федерализации ЕС и чрезмерной европейской бюрократии.

Будапешт при выстраивании двусторонних отношений исходит из исторических связей с народами Балкан, их экономическим потенциалом, а также позиции потенциальных партнеров по ряду вопросов: от сотрудничества с Россией и кооперации с Китаем, до отношения к украинскому кризису.

Из-за этого европейские страны расценивают действия Венгрии на Западных Балканах как продвижение интересов РФ и КНР, несмотря на то, что венгерские политики выстраивают свою «Балканскую стратегию», исходя из собственных интересов, связанных с национально безопасностью.

Будущее этих динамичных отношений будет зависеть от результатов парламентских выборов 2026 г., так как именно они решат, каким будет дальнейший подход Венгрии к выстраиванию политики на Западных Балканах. Венгерская оппозиция готова действовать согласно курсу Брюсселя по вопросу нелегальной миграции и поддержки проевропейских политических кругов в регионе.